Авиационная боевая симфония

Симфония воздушного боя

… Эскадрильи – уже не полк, а целая дивизия – взлетели шесть минут шестого, постепенно выстраиваясь в необычном порядке, похожем на вытянутый книжный шкаф. На этот раз было задумано применить все лучшее, что он накопил в опыте воздушных атак на море – применить комплексно, чтобы противник попробовал «трехслойный пирог», который успешно применялся, хотя и не на таком масштаб, когда разразилась битва за Крым.

Челноков возглавил этот авиагруппу, обходя Нарвский залив дальше на запад. Затем, развернувшись на 180 градусов и рассыпав «штуку» веером, он направился к цели с моря, держа солнце в очереди – был вечер, когда в его косых лучах не сразу заметили бы самолеты. Уловка удалась, позволила неожиданно упасть на корабли. Первыми их атаковали штурмовики, которые на большой скорости, почти касаясь волн, вылетели, обстреляв кончик мачты. Группы, бомбившие с малой высоты, впоследствии спикировали. И наш эшелон выполнил задание, опередив ордер на обычные четыреста метров.

Все разворачивалось, как будто они были известны, эта боевая симфония запомнилась навсегда: залитое солнцем море и над ним – неизмеримые с первого взгляда ряды самолетов, сверху и снизу. В небе, гудя двигателями, вспыхивали взрывы зенитных снарядов, но «трехслойная» атака полностью разрушала оборону противника, давала возможность бегать между кораблями и наносить по ним каскад точных ударов. Большинство боевых единиц было потоплено или серьезно повреждено. Одного из них подвели наши шестеро; бомбы попали в центр палубы большого патрульного катера, и взрывы, как пуля, разорвали его пополам.

Восстановить отряд было уже невозможно: гитлеровцы вывели корабли, которые ночью оставались на плаву на западе. А штурмовые полки дивизии потеряли всего два экипажа: благодаря массированной атаке, построенной на сложном тактическом маневре, победа была одержана сравнительно небольшой кровью.

Взорванный сторожевой катер и еще один корабль Нарвского ордера, потопленный шестью другими, мы записали на боевой счет комсомольцев – такой счет, на примере Севастополя, здесь, на Балтике, привезли только сейчас не весь полк, а именно комсомольцы.

– Будет отдельный счет, – аргументировал я, защищая интересы своего «ведомства», – у молодежи будет больше уверенности в себе, и работа комсомола будет веселее. Это тоже важно для рассказа…

Читайте также:  Физики доказывают, что будущее влияет на прошлое

Последнее заявление было подхвачено Журналом Воздушного флота «Пилот Балтика», который 12 июля 1944 года писал: «Когда в будущем историки начнут изучать эпоху Великой Отечественной войны, листы увидят лица тех кто жил и воевал в годы Великой Отечественной войны».

«Все верно, но это болезненный вопрос», – предупредил Иван Васильевич Лапкин. Однако сама война всех честно поставит на ступеньки чести.

Симфония воздушного боя

– Какие могут быть «ступеньки»?

– И подобное. Прибавьте к себе, раз уж вы откроете отдельный аккаунт, и другие, согласитесь, правильно скажут – вы вместе потопили корабль. И не только комсомол. Понты, одним словом можно надуть…

Мне тогда казалось, что эти учения были книжными, пустыми, хотя позже – об этом – история будущего – я случайно убедился, что опасения партийного организатора не совсем беспочвенны. Как бы то ни было, взяли за правило: записывать данные в наш боевой счет только после подтверждения из штаба и только в том случае, если большинство комсомольцев действительно прилетело в группу, поражавшую цель.

Альбом с подтверждающими фотографиями и краткими результатами успешных боев был, конечно, хоть и

заметная, пусть даже немного парадная, но небольшая часть работы с летающей молодежью. Глядя сейчас на поспешные записи того времени, я вижу за ними милые лица товарищей, многие из которых были увезены в последние месяцы войны, готовые помочь, всегда стремящиеся поделиться тем, что им пришлось перенести, чем они занимались узнали ниже вражеский огонь.

«Штурман Комсомолец Клименко познакомил новичков с особенностями нашего района боевых действий»… «Лучшему стрелку Бабину было поручено исправить ошибки двух стрелков в последнем вылете…» Георгию Попову бросили большую палатку под маскировочную сетку в лес за самолетом-капониром: он оказался чем-то вроде своего красного угла. И назвали это «Зеленый шум» – перед вылетом всегда тянет к земле. Сегодня у нас там комсомольский митинг»…

Читайте также:  Колхозники Северной Осетии с особой любовью собирали подарки бойцам

Одним из тех, кто успешно взялся за дело, стал летчик-комсомолец Борис Филиппов. Он, я помню, пришел в полк из училища в дождливый день: накануне в бою сгорел заживо командир звена, общий любимец Михаил Филиппов. Бывает, что человек вроде бы занял важное место в нашей жизни, но это не так, и окружающие не особо задумываются о том, какой след он в нас оставил. С Михаилом было и не могло быть иначе: нагло мужественный и стойкий в боевых задачах, в повседневной жизни он отличился такой общительностью и готовностью помочь, что для многих стал близким человеком, настоящим шурином. И все они испытали острую душевную боль.

Потери, потери… Вечный огонь войны поредил летный состав, в полку был постоянный дефицит. Всегда обеспечивалась дозаправка, встречали вновь прибывших. Но в день приезда Бориса на него не было времени: вчерашняя потеря наполнила его чувства, притупив интерес к новому партнеру. Однако, когда он представился пилотам, стену молчаливого отчуждения тут же прорвал шквал вопросов:

– Как как? .. Филиппов? .. Серьезно?..

– Вы знаете, что для нас эта фамилия?

– Может, родственник нашего Михаила?

Случайно один Филиппов занял место другого, и это сразу выбросило переживания, которые каждый нес в себе. Вокруг новичка мы соревновались друг с другом за покойного тезки, его отвагу и летные навыки, победы и последний бой. И все они чувствовали к Борису особую благосклонность. И он, видно, растерялся от этого внимания: понимал, что с самого начала жизни на фронте от него многого ждут. Смущенный и, как мне показалось, даже покраснев, он только робко сказал:

– Я буду много работать .. Постараюсь стать достойным твоего друга…

Читайте также:  Почему закрыли дело группы Дятлова

В разгар Нарвской битвы Борис Филиппов был уже зарекомендовавшим себя воздушным истребителем, он участвовал в штурме вражеских кораблей и опорных пунктов на линии фронта, на счету комсомола для него было взорвано два БДБ, поврежден транспорт, три разбитые гитлеровские батареи, подавленный форт. И когда лейтенанту доверили беседу с пришедшими в полк молодыми летчиками прямо из училища, как он сам недавно сделал, Борис начал с рассказа о Михаиле Филиппове – человеке, которого он никогда не видел, но которого считал его брат больше на фронте.

– А фамилия? – наивно спросил один из новичков. – Просто совпадение, слепая азартная игра.

– Верно, совпадение. Но это не совпадение, что узы крови родились из войны. Заняв место Михаила в строю эскадрильи, я должен, думаю, бороться за двоих. Для него, может быть, даже лучше, чем для себя… Вот и подумайте, чем вы обязаны поколению летчиков, заплативших кровью, своей жизнью за освобождение Новороссийска и Севастополя, очищение Балтики…

Подобные встречи случались неоднократно.

Нина Кузнецова
Главный редактор , youtesla.ru
Более 30 лет я занимаюсь наукой и технологиями. Товарищи советовали мне делиться самым интересным на просторах интернета. Изучение нового и неопознанного это моя жизнь, узнавайте самое интересное со мной.
Оцените статью
YouTesla.ru
Добавить комментарий