Фашисты имели явное преимущество в орудиях и минометах

У гитлеровцев было явное преимущество в оружии и минометах

Приближался октябрьский праздник, первый в условиях войны. Противник старался щедро бросать листовки с «проходами» на перевале и пробирался через радиоустановки, чтобы сдаться. Нацисты хвастались падением Москвы и скорым взятием Ленинграда. А утром 7 ноября открыли настолько сильный огонь, что в наших убежищах стало трудно разговаривать, пушка все задушила. Большинство телефонных линий на линии фронта отключено. Уже думали, что после такого налета фашисты обязательно пойдут в атаку. В десять часов обстрел начал стихать и превратился в методичный по площадям.

Вечером к нам приехал политрук, командир роты. Они рассказали о новостях из Москвы, торжественном собрании, посвященном 24-й годовщине Октябрьской революции, и традиционном параде на Красной площади. Он нас всех очень развеселил!

Мы тоже решили испортить отдых немцам. 31 декабря верные себе фашисты устроили массированный огневой налет, а затем начали веселиться. Из окопов доносились громкие крики, музыка, песнопения. Жалко, что наш расход боеприпасов строго ограничен. Мы выпустили несколько винтовок и стали думать, что делать дальше.

Наш снайпер Иван Михайлович Андреев вызвался на охоту. Фактически, он был у нас пулеметчиком, но именно он открыл счет гитлеровцам, которых уничтожили из винтовки с оптическим прицелом. Когда Иван Михайлович впервые привел ее в Английский дворец, многие ему завидовали.

Накануне Нового года фашистам был нанесен сильный удар от Андреева. Двое из них не дождались нового года.

Примерно в 23 часа поручик Кузьминский вдруг позвонил:

– Семёнич (так он меня так называл), срочно, по приказу командира батальона, беги в штаб!

На командный пункт прибыла делегация рабочих из Ленинграда, и в честь этого события на командном пункте была организована новогодняя встреча. Начальник штаба капитан Виктор Дмитриевич Пчелкин усадил командиров взводов и рот за уже накрытый длинный стол. Заместитель командира батальона по политическим вопросам выпил тост за военные успехи в новом 1942 году. Потом представитель делегации спел песню, кто-то прочитал анекдот, и тут капитан Пчелкин вдруг объявил, что собирается исполнить… Калашникова. Я, наверное, слышал, что балуюсь гитарой. Инструмент найден, я сыграла несколько цыганских мелодий и уже известный «Синий платок».

У гитлеровцев было явное преимущество в оружии и минометах

Праздновали недолго. Командир батальона Сергей Петрович Мешугурский поздравил всех, сказал добрые слова и скомандовал: – Командиры взвода, вылезайте!

Читайте также:  17 интересных фактов о Минске

В коридоре добавил: – Все на своих местах! По прибытии, пожалуйста, явитесь дежурному на КПП. Повышайте бдительность!

С начала января 1942 года наша оборона значительно активизировалась. Улучшился запас боеприпасов, появилась возможность активнее использовать свое оружие. Мы построили несколько временных огневых позиций. Благодаря им пулеметы стали похожи на кочевые. Подготовьте исходные данные для ночной съемки, назначьте дежурных стрелков. Между дворцом и железной дорогой в лесу построили хорошую пирогу на пять человек, чтобы согреть и отдохнуть обслуживающий персонал.

Особенно запомнились эти дни: меня приняли в партию. Одну из рекомендаций мне дал политрук 5 роты В. Ефремов. На развалинах английского дворца я получил партийный билет. А через два месяца командир роты В.К. Кузьминский вручил мне новый знак отличия – я стал младшим лейтенантом.

трудно вспомнить трудности первого зимнего блока. Мы обходились двумя гренками в день, тушеной косточкой на обед и кашей на ужин. Многие бойцы еле вставали, они были сильно ослаблены постоянным недоеданием. Бывало, что ослабленного человека отправили в больницу на выздоровление, но он сам не смог поехать. Мне было очень грустно думать, что их будут поставлять к нам из блокадного Ленинграда, где так остро не хватает еды. Все почувствовали боль, когда узнали, что нацисты потопили еще одну баржу или буксир, перевозивший продукты через залив. И росла жгучая ненависть к злым духам Гитлера.

У гитлеровцев было явное преимущество в вооружении и минометах. Они бомбили наши позиции, дороги и тропы в тылу почти 24 часа в сутки, не экономя на боеприпасах. Наша артиллерия не всегда отвечала: спасали патроны. Но за это время снайперское движение расширялось день ото дня. Иван Андреев начал это дело и спустя короткое время уже десяток бойцов пополнил ряды метких стрелков. Политрук роты предложил, чтобы весь наш взвод стал снайпером. Бонн с энтузиазмом приступил к учебе. Оборудован тремя наблюдательными постами для гитлеровцев, по количеству имеющихся биноклей. Осталась только винтовка с оптическим прицелом Ивана Андреева. Но он, однако, без особого вдохновения согласился передать его товарищам по взводу.

Читайте также:  10 ПОРАЗИТЕЛЬНЫХ ФАКТОВ О ДРЕВНИХ ГОРОДАХ

Вскоре мой связной Алеша Нилов открыл боевой счет – она ​​уничтожила пятерых гитлеровцев. Однажды мы вместе ходили на охоту. Ложимся в удобное место. Я с биноклем, Нилов с винтовкой. Через некоторое время был обнаружен нацист, переползавший с места на место. В бинокль я даже разглядел выражение его лица: не более ста метров.

Громко прозвучал выстрел Нилова. Пассажир спрятал нос в снег. Через минуту или две другой нацист попытался затащить в окоп своего покойного напарника. Нилов выстрелил, и этот солдат разделил участь первого. Через несколько минут с вражеской стороны раздались пулеметы. Нас заметили, надо было ползти за дорогой. Он крикнул Алеше и отбросил назад. И Нилов отвечает, что подождет еще немного, позиция уже очень хорошая. В этот момент на том самом месте, где была Алеша, взорвалась мина. Прямое попадание. Это случалось редко, но было.

так погиб боевой друг, с которым они полгода делили тяготы войны. Алексей Нилов, скромный, тихий двадцатишестилетний колхозник из Калинина, был храбрым человеком и безупречным руководителем Красного Флота.

Вскоре роту увезли на отдых, а точнее на профилактику здоровья. Сформирован возле командного пункта батальона. Бригадир объявил санитарный приказ и тут же представил нового медицинского инструктора Юзю Блитштейна (так он себя называл). Он повел нас в баню на окраине Мартышкина.

Через неделю мы вернулись на свои позиции. Медицинский инструктор Блитштейн часто стал появляться у вас дома. Он рассказывал солдатам, как обезопасить себя от простуды, цинги, дистрофии, настаивал на соблюдении всех правил гигиены.

В апреле 1942 года наша рота двинулась сначала в район станции Новый Петергоф, затем на южную окраину Мартышкина. Три дня они упорно тренировались в тренировочном лагере, специально оборудованном для преодоления препятствий из металлической проволоки, обучались рукопашному бою в окопе. А потом нам дали задание взять «язык». Командир роты показал мне пирогу слева от Английского дворца, объекта наших действий. Из взвода сформированы три группы: захват, блокировка и прикрытие, распределены обязанности. Казалось, мы хорошо подготовились к задаче: все было продумано, спланировано.

Саперы проделали проход по проволоке, и Костя Греченюк со своим отрядом из четырех человек ворвался в траншею и пирогу. Но там никого не было. Фашисты с флангов открыли огонь из крупнокалиберного пулемета. Пришлось уйти на пенсию. Мы получили выговор от властей. Хорошо, служи ему хорошо. Нам нужно улучшить разведку.

Читайте также:  Что обнаружили учёные на краю Вселенной?

Пришла весна, а вместе с ней и общее улучшение ситуации. Появилось больше боеприпасов. Мы добавили хлеб и другие продукты. Рота была вооружена несколькими пулеметами. Все это очень обрадовало бойцов.

В начале мая компания вернулась на свою прежнюю линию в English Palace. Через месяц сдался во взвод

Константин Греченюк, и он сам приступил к своим новым обязанностям – заместителем командира роты. Мы с командиром Владимиром Кузьмичем Кузьминским прошли по линии обороны роты. Он познакомил меня с командирами взвода и солдатами моей новой должности. За время совместной службы я многому научился у лейтенанта Кузьминского.

Утром 4 июля командир роты собрал разведывательную группу, в которую вошли политрук, я, командиры взвода и группа обеспечения, и поставил перед ними задачу. Группы начали движение в указанную территорию. Противник нас нашел и начал стрелять из минометов. Шрапнель, милый, сломала ногу, повредила руку. Он вытащил меня из-под огня и завязал глаза у унтер-офицера Блитштейна.

Сержант-майор И.М.Блнстайн унес более 20 раненых с поля боя. Коммунист, он сам четыре раза был ранен, но после выздоровления всегда возвращался в строй.

Я пролежал в больнице всего три недели. Он вернулся в свою компанию. И командир говорит:

– Есть приказ отправить вас на пятимесячную магистратуру в Ленинград. Если вы закончите курсы, вас примут в компанию.

Он попрощался со своими боевыми друзьями и пошел учиться. Я побывал в этих местах после войны – участвовал в разминировании территории бывшего Ораниенбаумского плацдарма.

Нина Кузнецова
Главный редактор , youtesla.ru
Более 30 лет я занимаюсь наукой и технологиями. Товарищи советовали мне делиться самым интересным на просторах интернета. Изучение нового и неопознанного это моя жизнь, узнавайте самое интересное со мной.
Оцените статью
YouTesla.ru
Добавить комментарий