Хорошо пробомбили, одну БДБ тоже поразили прямыми попаданиями

Хорошо разбомблен, BDB также получил прямые попадания

Отходы на морские коммуникации противника продолжались, численность полка росла. И очень часто, вытаскивая его новый лист, я мог написать ниже, отдавая дань уважения служебной гордости: «Это сделали комсомольцы». Я наклеил туда на отдельной странице вырезку из свежей «Правды»: «В боях на морских трассах летчики Черного моря проявили не только высокий боевой дух, отвагу, настойчивость, но и новую тактику, позволившую наносить удары более эффективно.

Всего за десять дней боев за освобождение Крыма они уничтожили более двадцати вражеских кораблей и нанесли столько же повреждений… Нередко вражеский конвой возвращался в Севастополь, уже не рискуя продолжить путь в данном составе кораблей. Многие из этих побед одержаны летчиками Героя Советского Союза майора Степаняна…»

7 мая началось сражение за Севастополь, и вся дивизия вместе с другими авиационными частями открыла дорогу нашим штурмовым войскам, в основном в районе Сапун-Горы. За один день полк уничтожил много танков, артиллерийских орудий, дзотов, а ночью командующего ударным отрядом ПК. Говоря об этом в эскадрильях, мы процитировали его так: «Гора Сапун была взята« Или »!» Конечно, здесь было преувеличение, но вы не можете удалить ни слова из песни, эта благодарность записана под новым -. «Земные» цифры боевого учета.

Советские войска более восьми месяцев удерживали Севастополь в 1941-1942 годах под постоянными атаками превосходящих сил гитлеровцев. Теперь роли поменялись, но не за месяцы, а всего за два дня, которые потребовались нашим наступающим частям, чтобы уничтожить захватчиков из города. Таким образом, соотношение между боевой мощью и опытом изменилось, настолько подавляющим был порыв пехотинцев, моряков, летчиков, нефтеналивных танкеров: мы долго шли сюда, в героическую столицу Черноморского флота, и все стремились выпустить его как как можно скорее.

9 мая, снова взлетев на атаку отступающего врага, летчики увидели красный флаг над полуразвалившимся круглым зданием ландшафта обороны Севастополя 1854 года – знамя Победы. Побежденные нацисты, которым удалось спастись в городе, бежали к Херсонесскому маяку на мысе, выходящем к морю, в надежде на эвакуацию. Командование противника, собрав все, что было под рукой, перебросило сюда свои боевые корабли и транспорты из портов западного побережья Черного моря.

«Севастополь взят! Мы приветствуем победу новыми точными атаками на вражеские корабли! »- на ближайшие дни это должно стать, как сказал майор Кибизов, девизом полка. За ночь нам удалось написать много таких лозунгов, а один из них – рано утром я пришел в штаб-квартиру, чтобы установить ее на очевидном

Читайте также:  Девушка с помощью Инстаграм поймала парня на измене, как настоящий хакер, а сделать это может каждый

позиция. Командир полка уже был там. Слегка прищурившись, молча – это показалось ироничным – он посмотрел на плакат, но потом весело и с несомненным одобрением сказал:

– Тогда привет? Как в Москве, но по-боевому?

– В Москве, я думаю, еще будет салют, товарищ майор. Когда очищаем Херсонес…

Хорошо разбомблен, BDB также получил прямые попадания

– Да, для этого уже пробил решающий час. Либо они уедут на кораблях, пусть и не все, либо мы их не пустим.

Этот выбор – последний пункт, можно сказать, всей операции в Крыму.

– Хорошо бы, товарищ командир, получить восклицательный знак!

Степанян улыбнулся: – Тогда ставьте на свой слоган, там, на мой взгляд, восклицательный знак отсутствует. Собираясь уйти, командир, сделав все, остановился: – Постой, комсомольский организатор, еще вопрос. В конце концов, я должен себе одолжение: разве ты не забыл, что я обещал взять тебя с собой в рейс? Вы можете подготовиться сами, иначе не участвуйте в «салютах…

На этот раз улетел весь полк, при этом одновременно действовала восьмая гвардия – удар принимала вся дивизия. Наш маршрут был выбран так, чтобы идти в бухту Херсонеса с моря. Это был первый раз, когда мне довелось увидеть столько самолетов над целью одновременно. Они вошли с разной высоты, в сходящихся направлениях: это похоже на кружащийся рой, но воля и расчет лидеров придали этому, казалось бы, спонтанному вихрю точное значение и цель. Это был уже проверенный опытом «слоеный пирог» атаки, позволивший преодолеть и подавить сопротивление противника. И у него были значительные силы: боевые корабли, прикрывая несколько транспортов, открыли ураганный зенитный огонь. Еще при подлете к ним один из штурмовиков, подлетев ближе к берегу, вспыхнул от прямого попадания и, растягивая за собой черную ленту пути, резко спустился…

Читайте также:  США: не обманешь - не продашь. Несколько исторических фактов

– Приготовься! Наша группа атакует патруль и БДБ, – приказал командир.

Эти корабли отдельно стояли в бухте, защищая от моря огромный транспорт, к которому прорывалась охрана – их, как известно, вел Николай Пысин. Мы взяли боевой курс, и Степанян первым разгрузил пикирующий штурмовик. Все сложилось в быстром рывке к цели – до того момента, ощутимого только по особым ощущениям пилота, когда кажется, что самолет вот-вот врежется в приближающийся косо мост, о котором как бы взорвало вдали по ветру падают люди… Две бомбы были заложены прямо в корабль, и как только капитан успел вывести машину из пикирования и отбросить ее в сторону, послышались сильные взрывы.

Однако не было времени все это обдумывать: с правого борта передо мной открылся ближайший БДБ, откуда и начали бить наш самолет пулеметными очередями. Я там башню развернул и стрелял, стрелял, пока она оставалась на виду…

Они ушли, цепляясь за воду. Группа собралась над морем, поднялась выше и теперь можно было осмотреться. Вдалеке, в гавани, как в перевернутый бинокль, в миниатюре очерчивались детали умирающего сражения: транспорт горел, даже на таком расстоянии, что корабли казались не больше спичечного коробка, были видны его большие размеры. ; сторожевая собака ушла в воду носом вверх; рядом, заслоняя его, косо распространялся дым: там были, наверное, быстроходные баржи; ближе к берегу были две другие машины меньшего размера, очевидно целые и невредимые.

– Как вы себя чувствуете, комсомольский организатор? – спросил Степанян. В тот момент, оторвавшись от всего, кроме этой картины, я не сразу понял смысл вопроса: «Почему ты там молчишь?

– Простите, товарищ командир. Все отлично. У нас нет травм спины. Я вижу, что сторожевой катер и большой транспорт окончательно закончены. Ты замечательный!

Читайте также:  За горизонтом событий

– А как BDB? Кстати, это ваши комсомольцы вас избили!

Что сказать? Больше ничего не заметил, успел только застрелиться. Вспомнились слова партийного организатора Лапкина: «В общем, придется смотреть на хвост самолета…» Может, он в чем-то был прав, наш Иван Васильевич?

– Хорошо разбомбили, – продолжал командир (ух ты умудрился все прикрыть глазами!) – Даже БДБ попадал прямыми попаданиями…

Летели обратно через Севастополь. Дважды проезжал тяжелый каток войны: город лежал в руинах.

У меня болезненно сжалось сердце: внизу преобладали черные тона, а он был белокаменным, веселым и чистым, как летнее утреннее небо.

«Посмотри и запомни, – снова повернулся Степанян, – и расскажи всем комсомольцам, которые его не видят. Дайте им знать, они будут бороться с еще большим гневом.

В тот день наши эскадрильи продолжали лететь в Херсонес, а также на следующий день добили плавучую лодку, на которой гитлеровцы еще надеялись хоть что-то эвакуировать. А в ночь на 12-е советские войска окончательно сломили сопротивление врага и очистили последний дюйм крымской земли, взяв много пленных, боевую технику и другие трофеи.

Мне довелось все это наблюдать самому: меня распределили в группу, которая ехала туда для выяснения результатов боевой работы штурмовика.

Нина Кузнецова
Главный редактор , youtesla.ru
Более 30 лет я занимаюсь наукой и технологиями. Товарищи советовали мне делиться самым интересным на просторах интернета. Изучение нового и неопознанного это моя жизнь, узнавайте самое интересное со мной.
Оцените статью
YouTesla.ru
Добавить комментарий