«Князь Петр Ильич, княгиня и с княжнами»

«Князь Петр Ильич, княгиня и с княжнами»

Следующие герои А.С.Грибоедовым в списке действующих лиц названы, что называется, «скопом»: «Князь Тугоуховский и Княгиня с шестью дочерьми». Вроде бы, и немного места им уделено, и в развитии действия комедии не так уж они важны, и я даже подумывала, сто́ит ли вообще писать о них (тем более, что кое-кто пишет об «усталости» от Грибоедова), но всё же решила, что внимания они заслуживают – хотя бы потому, что появляются люди, придумывающие о них то, чего в комедии и близко нет. Для интереса поискала в интернете. Нашла, например, рекомендуемое для учащихся (!) сочинение, где написано о княжеском семействе: «Если мужчина больше всего на свете любит читать и познаёт что-то новое только лишь в книгах, то его жена совершенно не любит читать и делает всё для того чтобы чтением не заразились её дочери. Она уверена в том, что чтение нужно как можно скорее запретить, ведь оно несёт в себе опасность и множество бед, с которыми совсем скоро столкнется человечество» (искренне сочувствую преподавателю, которому придётся объяснять современному Митрофанушке, что это всё взято, грубо говоря, с потолка, а в том, что касается князя, – просто придумано). В другом подобном «опусе» читаю, что князь – «лицемер» (не могу понять, откуда автор заявления вывел это, если за всё время князь не произносит ни одного нормального слова), приехал со «зловредной и язвительной женой Марьей Алексеевной». Тут новая опасность: имя Княгини автором не названо, никаких указаний на то, что она – та самая «княгиня Марья Алексевна нет» (сомневаюсь, что в знакомых у Фамусова только одна княгиня), а ведь вера печатному слову, несмотря ни на что, сильна. Да и пресловутая г-жа Цимбаева тоже не могла тут не отметиться (об этом чуть позже)… В общем, решила писать. Итак – «

Читайте также:  Американцы, которые видели Леди Свобода как ложный кумир нарушенных обещаний

Появляется семейство, естественно, на балу у Фамусова и сразу же обменивается взаимными шумными приветствиями с Натальей Дмитриевной – «громкие ». А вот графиня-внучка, приехавшая следом, отзовётся презрительно (даже не о них, а увидев их):

Что здесь? Сословное неравенство? Соперничество за женихов (можно увидеть намёк на это в словах княгини «»), за первенство в свете (оттуда же – «»)? Трудно сказать.

В комментариях мне встречалось сравнение семейства с семьёй Беннетов из романа Джейн Остин. Вот эту параллель я проводить не стала бы. Во-первых, разные страны, разный менталитет. Во-вторых, вспомните: у Остин каждый член семьи выписан подробно. Мы ясно представляем себе характер маменьки, отца, а из дочерей каждая индивидуальна (даже Кити с Лидией не перепутаешь, не говоря уж о старших девушках). Здесь же только три княжны имеют имя (названы Зизи, Мими и Катишь), и то лишь в репликах других персонажей, а у автора они просто «пронумерованы», да и можно ли этому удивляться, если говорят они примерно одно и то же об одном и том же. Прочитайте реплики подряд. Заметите ли вы разницу между, скажем, между «1-ой» и «5-ой» княжной? Разве что третья чуть выделится, похваставшись подаренным ей «эшарпом». Видимо, Грибоедов и воспринимал их вот так – всех разом. Обращу ваше внимание лишь на одну деталь: княжны оживлённо болтают о нарядах, дружно будут убеждать Репетилова в безумии Чацкого, а вот при обсуждении сплетни на балу скромно молчат, будучи хорошо воспитанными и твёрдо зная неприличие участия в разговорах старших.

«Князь Петр Ильич, княгиня и с княжнами»

Гораздо тщательнее выписаны родители. Выразительная фамилия, конечно, характеризует лишь мужа. Он действительно «туг на ухо», пользуется слуховым рожком и произносит лишь междометия («О-хм!», «‎И-хм!»). Конечно, г-жа Цимбаева не могла не решить всё по-своему: «Во времена и в кругу Грибоедова были бы совершенно невероятны насмешки не над консервативными убеждениями, а над возрастными немощами представителя старшего поколения. Глухота князя скорее популярный и описанный в мемуаристке способ избавиться от окружающих, чем признак дряхлости… Даже если он впрямь глуховат, то отнюдь не стар, так как его дочери — все шесть княжон — ещё юны. Будь старшие из них в критическом возрасте, когда надежды на брак постепенно тают, их мать не привередничала бы, выспрашивая о средствах и чинах Чацкого, а старалась бы любой ценой зазвать его на свои вечера. В Москве не пренебрегали даже последним увальнем и бедняком хорошего рода. Разборчивость княгини косвенно указывает на возраст её дочерей, а следовательно, отчасти и на возраст мужа». Как всегда, непреложные истины перемешаны с домыслами: конечно, некоторые, в том числе литературные, герои внезапно «глохли», если говорили что-то неприятное для них (вспомним хотя бы гоголевское «Голова любит иногда прикинуться глухим, особливо если услышит то, чего не хотелось бы ему слышать»). Таков ли князь? Допустимо, хотя и с натяжкой. А вот про возраст, я думаю, «притянуто за уши»: «!» – эти слова, я думаю, в комментариях не нуждаются. В каком возрасте князь женился, нам неведомо. А что касается насмешек «над возрастными немощами», то это заявление напрочь опровергается образом Графини-бабушки. Так что, видимо, князь и на самом деле стар и глух, но на балах появляется исправно как по приказу властной супруги, так и из-за необходимости подыскивать женихов для дочек. Этого же мнения придерживался и Н.И.Надеждин, назвавший князя Тугоуховского и Графиню-бабушку «идиотизмами московского общества, составляющими его исключительную принадлежность: ибо где, кроме Москвы, старость и расстроенное здоровье, а тем более потеря слуха, не снимают с людей оков общежития и не дозволяют им спокойно доживать век свой в недрах семейства?»

Читайте также:  17 интересных фактов о Бурунди

Образ маменьки представлен более подробно. Мы видим и её умение «сделать стойку» на потенциального жениха, и разборчивость в его выборе (хотя, может быть, правы те, кто говорит о своеобразной мести Натальи Дмитриевны, назвавшей Чацкого «небогатым»), и сетования на трудности:

Здесь, наверное, нужно вспомнить разъяснение, данное Ю.М.Лотманом, что «декабрист и либерал 1820-х гг. усвоили себе "английское" отношение к танцам, доведя его до полного отказа от них», проиллюстрированное ссылкой на пушкинский «Роман в письмах», где герой пишет: «Мы являлись на балы не снимая шпаг – нам было неприлично танцевать, и некогда заниматься дамами» (шпагу, если кавалер собирался танцевать, полагалось оставлять перед входом в зал).

В то же время княгиня достаточно высокого мнения о своём супруге. Она скажет Репетилову:

«Князь Петр Ильич, княгиня и с княжнами»

Напомню, что Княгиня – одна из рьяных противниц образования. Она с возмущением будет рассказывать:

А вот именно о Чацком сплетничать на балу будет немного, лишь подтвердив хлёстовское предположение: «

Итак, ещё одна семья, ещё одна ниточка в пёстром ковре московского общества…

здесь

Источник

Оцените статью
YouTesla.ru
Добавить комментарий