Опять туда же — на Феодосию

Снова туда - в Феодосию

Нашей дивизии пришлось штурмовать Феодосию, где под плотным зенитным щитом противник сосредоточил отряд торпедных катеров и БДБ – эти низкие, живучие, бескамерные корабли с пятидюймовыми орудиями и зенитными орудиями на борту были специально построены один раз для вторжения в Англию и по какой-то неизвестной причине, возможно, для маскировки, потом назвали баржами.

Днем они оборонялись на причалах, ощетинившись «эерликонами» – скорострельными зенитными орудиями, а ночью выходили в Керченский пролив. Уже первые боевые вылеты показали, что поразить такие корабли в порту очень сложно. БДБ и зенитные орудия с причалов установили перед самолетами завесу огня, не позволяющую им приблизиться к цели. А в торпедных катерах маневренные «люрсены» – тем больше стараются нанести удар!

Пилоты бесстрашно нырнули на высоту четырехсот метров (это была установленная граница, ниже считалось верной гибелью), но в последнюю секунду, когда упали бомбы, лодке удалось отклониться. Мемориальная доска после налета не принесла заметного успеха; в аэропорту становилось все больше и больше пустых капониров. Пилоты помрачнели, кто-то даже ввел в обиход такое определение: «полеты самоубийц». Когда об этом стало известно капитану Г.Н.Кибизову, политработник полка, которого по привычке также называли комиссаром, собрал коммунистов и комсомольцев в отряды:

– Надо положить конец декадентскому настроению! давайте действовать…

Горечь и боль привели не столько к неизбежным на войне потерям, сколько к их кажущейся бесполезности. Особенно рассердился вражеский летчик, сброшенный на расположение дивизии. «Удар по немецкому торпедному катеру сверху, – насмехались нацисты, – все равно что стрелять в блоху из ружья».

– Ну погоди, блоху мы тебе покажем! – взбудоражил темперамент младший лейтенант Александр Гургенидзе.

– Мы дадим вам блоху!

Читайте также:  Наша цивилизация была не первой на Земле

«Туфли: для этого нужно мастерство левши», – застыл в пылу командир эскадрильи. Но давайте учиться, надо!

Снова туда - в Феодосию

Только теперь, на рубеже войны, морская авиация вернулась к поражению своих основных целей: кораблей, и опыт был утерян, незнакомый новому поколению летчиков или нужен был совсем другой. В штабах дивизии и полков они искали, обдумывая новую тактику воздушного нападения. В то время как очень немногие достигли «низших классов» аэродрома, более частые летные экипажи в вечерние часы и полеты на близлежащий оборудованный полигон предполагали, что что-то готовится.

Рано утром в один из таких дней Юсуп Акаев, едва появившись на стоянке эскадрильи, неожиданно предположил:

– Давай, комсомольский организатор, мы сегодня с тобой в Феодосию полетим. Если, конечно, будет боевая работа. Судя по погоде, думаю, скоро взлетят. Согласен?

Однако я бы не согласился; Да, я ждал такой возможности! Даже в лихорадке, застигнутой врасплох. Но как это?..

– Я только что увидел твою стрелу – он вроде тоже готов. Я уже надела гарнитуру и костюм.

– Я знаю это. Да не в том дело, мы с ним еще летим. Тут есть идея, и командир ее одобрил: «Юсуп как-то загадочно улыбнулся». Не хочу вам заранее рассказывать, считайте это суеверием.

Многие в эскадрилье цепляются за приметы… Однако известна еще одна примета – боевой вылет с «инопланетным» стрелком, даже если сам командир связи полка, не сулит ничего хорошего. Итак, по суеверию: скорее всего, это Акаевские наводнения. Но если он не шутит о главном – что мы полетим на задание, то остальное для меня то же самое…

Как и предсказывал Юсуп, тучи рассеялись, и мы ушли большой группой – все экипажи эскадрильи были в наличии. Снова туда – в Феодосию. Они вышли в море, набрали высоту… Отсюда видно далеко, и везде, насколько хватает глаз, есть равнина с водой. Полет у нас тоже до скучно однообразный: двигатель тихонько гудит, слева и справа, как будто завязаны, «Илисы» выровнены. Минуты идут, они идут равномерно, ничего не происходит. Я смотрю на море, оно кажется равнодушным с этой высоты, лишенное жизни, которое ему дают волны, застывшее.

Читайте также:  Как выглядит трёхпалый дятел

Непроизвольно дотрагиваюсь до застегнутой на груди «капки» – резиновой куртки, которую полк высмеивает как совершенно бесполезную, но обязательную для всех в морском полете: при соприкосновении с водой «капка» автоматически надувается. Да, море хорошее с берега и не такое уж и холодное. Но почему эти мысли сейчас, далеко не все, что отвлекает, мы едем на форсирование Крыма…

Наконец разворачиваемся и, пересекая фронтальный разрез берега, летим дальше над землей Крыма. Командир решил атаковать базу с тыла, гитлеровцы, скорее всего, привыкли атаковать с моря, будьте готовы.

Ожидание, долгое время копившееся во время полета, стало чрезвычайно острым, наполняя сознание азартом, жаждой успеха в бою.

– Атака!..

Впереди нас вдали Феодосийский порт. Перегнувшись через борт кабины, на мгновение наблюдаю нечеткие очертания бухты. Наш «Ил», как с горы, скользит вниз, набирая скорость. Еще вижу, как, перестроившись, потом входит другая группа, и сразу небо переворачивается надо мной над поднятым хвостом – ныряем.

Теперь нас заметили с земли: все вокруг ворот становятся толще, заполняют воздух, но самолет рвет прямо в этот ад по невидимому краю боевой траектории, только угол атаки становится круче…

У меня есть фотография, сделанная с большой высоты в тылу группы – только такая «визитная карточка» нападения могла служить подтверждением его результатов. Вдоль полукруга побережья с открытыми, без крыш, ящиками построек и насыпями руин – свидетельствами предыдущих бомбардировок, клубы дыма поднимались, цепляясь за опоры, иногда белые, как вата, в темных местах, как грозовые тучи, готовые к загореться.

В северной части порта, которая осталась вдали от нашей атаки, хорошо видны три пришвартованных к причалу десантников. Да, в акватории бухты – расходящиеся, все еще бурлящие круги бомб, которые явно лежали «в молоке», от. И только ближе к центральному причалу застенчивое пламя вспыхивает на закутанном в переправе корабле, класс которого сложно определить .. сомнительно, они могли зафиксировать только одно прямое попадание.

Читайте также:  Научные вопросы по Эдварду Уилсону
Нина Кузнецова
Главный редактор , youtesla.ru
Более 30 лет я занимаюсь наукой и технологиями. Товарищи советовали мне делиться самым интересным на просторах интернета. Изучение нового и неопознанного это моя жизнь, узнавайте самое интересное со мной.
Оцените статью
YouTesla.ru
Добавить комментарий