В Заокский

К Заокскому

Продолжаю делиться отрывками из своей книги “Аким-грибник”. Только для близких друзей.

Да так уж получилось, что, говоря о тех ранних годах, ты говоришь не столько о ребенке, сколько о той среде, в которой он растет, которая его формирует. Кто помнит это время, тот помнит, что к 1993 году кризис в стране, казалось, достиг своего апогея. Помимо дефицита, если не полного отсутствия продуктов в магазинах, началась жуткая инфляция. Теперь денег от годовой подписки на газету «Слово примирения» не хватало даже на 2-3 месяца, даже на бумагу, краску и транспорт. Но мы не сдались. В каждом выпуске мы обращались к читателям с просьбой о помощи, и люди откликались и помогали. Работа не прекращалась.

Но работать становилось все труднее. Было невозможно достать бумагу для печати газеты. Но мы все равно как-то это поняли. Помню, однажды нам удалось купить целую тележку красивой белой мелованной финской бумаги! И мы публикуем последние выпуски «Слова примирения» на прекрасной бумаге. Но это был уже последний вздох. И пришла команда: мы закрываемся.

К Заокскому

Заокская семинария

А мы, куда мы пошли с Аленой? Три года жизни, день и ночь – газета, газета, газета. Это было все, ради чего мы жили. Но Господь не оставил нас. Нам сказали, что последний номер «Слова примирения» еще готовится к печати, а меня уже призвали к церковному руководству и предложили преподавать в Заокской духовной семинарии. И это при том, что я сам был студентом последнего четвертого курса. Это предложение нас немного утешило, оно открыло новую страницу жизни, а за ней и другие, не менее интересные. Но до сих пор я вспоминаю работу над «Словом примирения» как самый счастливый момент в своей жизни. До открытого семинара, конечно:)

Читайте также:  Марс слишком маленький, чтобы быть обитаемым

Итак, в декабре 1993 года мы переехали в Заокский. Мы поселились в квартире номер 3 учительского дома (первый подъезд, второй этаж, дверь слева), в квартире, в которой до нас жила столь уважаемая мною Хайке Сильвет. В то время он по каким-то причинам расстался с Заокским и вернулся на родину. Это была просторная, светлая и солнечная квартира, так хорошо сделанная, так как только первые Заокские проекты были сделаны не из страха или денег, а с чистой совестью. Светлая память дяде Лоренцу, через чьи добрые и умелые руки прошла каждая дощечка, каждая деревяшка в Заокском. Он был невероятным человеком, еще раз, светлая ему память.

К Заокскому

Ваш покорный слуга, самый молодой преподаватель Заокской духовной семинарии

И я начал преподавать в Заокском. Первым предметом, который я преподавал, была история России. Похоже, сейчас эту тему в Заокском уже не преподают. Жаль. Не зная хорошо истории страны, вряд ли можно рассчитывать на какой-то успех в этой стране. Поэтому я посвятил себя преподаванию со всем рвением, со всей энергией, с которой раньше работал в газете. У меня не было выбора, кроме как влюбиться в свою новую работу, в свой новый предмет. И это оказалось совсем несложно. Раньше я очень любил историю, читал много книг по истории, а теперь погрузился в нее с головой. И именно в тот далекий год уходят истоки моих книг, вышедших спустя годы и даже десятилетия: «Еретики, или Люди, опередившие свое время» и «Славянское христианство.”

В жизни Саши и Акима тоже произошли большие перемены. Например, если раньше мы ходили с ними гулять в парк, если раньше мы часто ходили к бабушкам и дедушкам, которые жили рядом с нами, то теперь вместо парка был семинарский двор и лес за прудом, а вместо посещения бабушек и дедушек – многочисленные события, с которыми Заокский потом высыпался, как из рога изобилия. Это были концерты и музыкальные вечера, спектакли и творческие встречи, КВН и всевозможные конкурсы. И во всех этих мероприятиях с нами всегда были Аким и Саша; ведь не с кем было их оставить. И это оказало большое влияние на его духовное и интеллектуальное становление.

Читайте также:  Библия и Числа

К Заокскому

Заокская семинария

И, конечно же, поклонение. Позже, через несколько лет, в дополнение к своим учительским обязанностям я стал еще и молодежным пастором. Дети всегда видели, как я проповедую, всегда с Библией, всегда увлеченный Словом Божьим. И они никогда, никогда не слышали никакой критики в адрес церкви или отдельных членов нашей семьи. Не то чтобы я был слеп и не видел ничего негативного. Просто не сделали, и все. И дети выросли с глубокой и искренней любовью к Церкви, к богослужению, к людям.

Когда Аким был еще совсем маленьким и не умел читать, он еще знал практически все библейские истории. И пересказывать их он умел прекрасно: с верой, с пониманием, и даже, что меня больше всего поражало, всегда подмечал какую-то новую грань в старой истории. Его детская перспектива помогла ему увидеть вещи, которые мы, взрослые, не видели. Когда он вырос, стал подростком, он уже сам себе проповедовал. И его проповеди были его собственными проповедями, не скопированными откуда-то, а как будто он их пережил – да, именно, пережил в какой-то мере – на себе.

Нина Кузнецова
Главный редактор , youtesla.ru
Более 30 лет я занимаюсь наукой и технологиями. Товарищи советовали мне делиться самым интересным на просторах интернета. Изучение нового и неопознанного это моя жизнь, узнавайте самое интересное со мной.
Оцените статью
YouTesla.ru
Добавить комментарий