Усмирение жеребца

Опубликовано с разрешения и по просьбе автора истории А.Г. Ярусова.

В жизни каждого коня есть переломный момент, когда заканчивается его детство, начинается взрослая жизнь, пора его приучать к работе, приносить пользу своему хозяину.

В данной статье описывается объездка коня, приучение его к верховой езде. К этому времени коню уже должно исполниться примерно три года, его скелет и мускулатура достаточно окрепли, чтобы выдержать всадника весом 70-80 кг.

Известно, что конь – это домашнее животное, он с раннего возраста видел человека, ­­который давал ему корм, ухаживал за ним, но к началу объездки конь чувствовал себя вольным. А тут человек надевает узду и седло, садится верхом, заставляет подчиняться, выполнять какие-то команды. Это вызывает естественный протест, сопротивление, возникает борьба между человеком и животным.

Борьба происходит в разных весовых категориях: конь весит 600-700 кг, он имеет преимущество в силе, а человек весит только, например, 70-80 кг. Человек слабее коня, но зато имеет преимущество в разуме, именно он определяет цели и правила борьбы, он добивается результата.

Но, человек разумный должен понимать, что конь – не лютый зверь, а полезное и очень чувствительное животное. К нему нельзя применять жестокие приемы и средства, нельзя калечить его психику, надо действовать осторожно.

Цель объездки состоит в усмирении коня, подчинении его человеку. Когда эта цель уже достигнута, человек прекращает борьбу, теперь он заинтересован в примирении с конем, установлении с ним дружеских отношений.

Усмирение жеребца

Мне было 19 лет, когда впервые пришлось заняться объездкой коня. Это случилось в Казахстане, Кустанайской области, где в студенческие летние каникулы я участвовал в «освоении целины».

Однажды, возвращаясь с места работы на обед, я увидел вблизи нашего полевого стана необычную сцену. Знакомый молодой казах Ермек (22 года) пытается усмирить разбушевавшегося необъезженного коня. Сидя на оседланном коне, он дергал за поводья, хлестал коня кнутом, но все было напрасно. Конь, пытаясь скинуть ненавистного всадника, всячески выкручивался, храпел, брыкался.

Вдруг конь круто встал на дыбы. Чтобы не соскользнуть назад, Ермек двумя руками схватился за переднюю часть седла. Тогда конь встал на передние ноги, а задними высоко подпрыгнул и брыкнул вверх. Ермек оказался вниз головой, его руки оторвались от седла и от толчка сзади он полетел на землю. Но поводья из рук он не выпустил, быстро поднялся и с матюгами стал хлестать коня кнутом: по спине, по ногам, по шее. Этого ему показалось ещё мало, он перехватил кнутовище и этой палкой стал избивать коня по голове, по носу, по глазам, куда попало…

Я подбежал и закричал:

­− Стой! Нельзя так избивать коня!

− Так ему и надо! Это дикий жеребец, я с ним второй день бьюсь. Вчера он меня скинул и сегодня опять. Плечом больно ударился.

− Все равно нельзя избивать! Надо с ним по-хорошему…

− По-хорошему? На, сам попробуй.

Усмирение жеребца

Он сунул мне поводья в руки, а я, не успев сообразить, чисто механически схватил поводья, и тут же пожалел: «Эх, зря взялся за не свое дело». В детстве я ездил на конях и в седле, и без седла, но те кони были смирные, объезженные, а объезжать самому мне не приходилось. Знал, как это трудно и опасно.

Но возвращать коня Ермеку уже было невозможно: он бы стал насмехаться, позорить меня…

А конь пятился назад, храпел, пытался встать на дыбы. Я его еле удерживал за поводья. С трудом, дотянувшись левой рукой, я погладил его по голове:

− Тихо, тихо. Я тебя бить не буду. Успокойся.

Я, конечно, знал, что конь мои слова не поймет, но поглаживание и спокойный тон моих слов он уловил сразу. И тут произошло чудо: конь остановился, перестал вырываться. Я подошел ближе, еще погладил по голове.

− Успокойся, все будет хорошо, все хорошо-о…

Затем стал гладить шею. Шея длинная, теплая, шерсть гладкая. Погладил грудь и левую лопатку. Дальше мешалось седло, так я похлопал коня еще и за седлом, по заду.

Читайте также:  Страшная правда (гл.80 "Золотой Журавль")

Стоп! Дальше заходить нельзя! Нельзя к коню приближаться сзади ближе трех метров. Никогда не знаешь, что у него на уме, если лягнет, то может покалечить. Действовать всегда надо с левой стороны коня, а если надо пройти на правую сторону, то всегда обходить только спереди.

Конь стоит спокойно. «А может его седло нервирует или натерло спину?». Двумя руками взялся за седло и пошевелил его туда-сюда. Нет, все хорошо, конь стоит спокойно.

Сейчас-то он стоит спокойно, а когда сяду верхом, он может снова взбеситься. Он уже дважды скинул ненавистного седока, может скинуть и меня. Хуже всего, если моя нога застрянет в стремени, тогда конь потащит меня по земле. Будет тащить, пока моя голова не отвалится…

Но страха перед конем у меня не было. «Я уже сумел успокоить коня, справлюсь и дальше. Я усмирю этого жеребца!».

Усмирение жеребца

Когда сяду верхом, нельзя просто сидеть, опустив поводья. Одна, две секунды промедления и конь уже почувствует волю, перехватит инициативу, начнет беситься и его уже будет трудно успокоить.

Как только сяду верхом, надо сразу показать коню мое превосходство и заставить его скакать галопом. Пока он будет изо всех сил скакать, он не сможет брыкаться, а когда устанет, то уже присмиреет, рад будет отдохнуть.

А куда скакать галопом, в какую сторону? Рядом с нашим полевым станом была березовая роща. Туда ехать нельзя: там деревья, кусты, я оцарапаюсь, поранюсь.

С другой стороны, недалеко была кошара − огромный крытый сарай для зимнего содержания отары овец, ворота распахнуты настежь. Туда тоже нельзя: там столбы с перекладинами. Конь с разгону заскочит под перекладину, меня вышибет из седла, покалечит…

Единственный вариант моего спасения – скакать в степь. Степь ровная, никаких препятствий, видно далеко.

Теперь план уже готов, пора действовать!

Я опять подошел к голове коня, опять погладил, а сам осторожно завел поводья над его головой. Подошел сбоку, левую ногу вставил в стремя, двумя руками взялся за седло, сильно оттолкнулся от земли и вскочил верхом на седло. Правой ногой сразу же поймал второе стремя и, без промедления, встряхнул поводьями, а железными стременами и пятками сапог поддал коню под живот: «Вперед!».

Усмирение жеребца

Эту команду коню объяснять не надо. Монгольская лошадка, арабский скакун или немецкая кобыла эту команду рефлекторно всегда выполнят.

Мой жеребец по команде «Вперед!» с места сделал трехметровый прыжок. Стоявший поблизости Ермек еле успел отбежать в сторону, а я галопом помчался в степь.

Моя энергичная посадка на коня и команда «Вперед!», поданная поводьями и шенкелями, были восприняты чувствительным конем как внезапное нападение и вызвали у него нервный стресс. Я знал, что этот стресс является эффективным средством психологического подчинения коня моей власти, поэтому я применил его в самом начале объездки коня, и получил шанс скорейшего достижения своей цели, получил возможность избежать затяжной борьбы, мучительной и для коня, и для меня самого.

Основным средством объездки коня, как уже упоминалось, является езда галопом. Циклические движения коня, скачущего галопом, сопровождаются в его голове ритмическими процессами, которые сглаживают стрессовое возбуждение и предотвращают опасность нервного срыва. Постепенно последствия стресса снижаются, и конь продолжает скакать уже спокойно, подчинившись моей власти.

Скорость движения галопом достигает 60 км в час. При этом всаднику удержаться в седле не трудно, сильной тряски нет, только плавно покачивает. Мои первоначальные страхи и волнения прошли, окрепла уверенность в моих силах. Все идет по моему плану, все хорошо!

Однако, достигнутое психологическое подчинение коня моей власти пока еще неустойчиво. Для его закрепления надо ещё подать серию команд управления, каждый раз добиваясь от коня безупречного исполнения.

Как известно, управлять конем можно с помощью поводьев. Поводья впереди прикреплены к узде и к удилам, вставленным коню в рот. Натягивая повод, всадник поворачивает голову коня в нужную сторону.

Читайте также:  Семь чудес света: Висячие сады Семирамиды

Но, иногда обе руки всадника заняты более важным делом, например, надо держать копьё, стрелять из лука или из карабина. В таких случаях приходится опускать поводья на шею коня (для этого ближние концы поводьев соединены вместе), а управлять конем приходится шенкелями. Шенкель – это нога всадника от колена до пятки.

Толчок коню под живот одновременно двумя шенкелями – это команда «Вперед!». Толчок правым шенкелем принуждает коня занести его зад влево, а в целом – повернуться направо. Толчок левым шенкелем соответствует команде «Повернуть налево!».

При управлении конем надо соблюдать следующие правила:

1. Нельзя в беспорядке дергать и трясти поводья, нельзя дрыгать ногами. Этим будешь только нервировать коня.

2. Команды надо подавать четко, чтобы конь понимал, что от него требуют.

3. Команды надо подавать властно, чтобы конь чувствовал, кто здесь полновластный хозяин, а кто – беспрекословный исполнитель.

Эти правила я знал с детства и выполнял их сегодня с момента посадки на седло.

От нашего полевого стана до ближайшего кишлака было 4 км, туда по степи тянулась дорожка, заросшая низкой травой. С помощью поводьев я направил коня на эту дорожку, а шенкелями с двух боков дал команду «Вперед, галопом!».

И вот галопом я быстро проехал уже около километра. А что же дальше?

Усмирение жеребца

Галопом на максимальной скорости и под тяжестью полновесного всадника конь может проскакать не больше трех, четырех километров. При этом от частых прыжков его дыхание может сбиться, тогда он упадет и может даже погибнуть. Вина за это будет целиком на совести всадника: «загнал коня до смерти». Такого исхода мне допустить нельзя! Я натянул поводья, придержал коня и перевел его с галопа на рысь.

Бег рысью – более спокойный способ движения со скоростью от 15 до 25 км в час. Рысью конь может пробежать без остановок десять километров и ничего плохого с ним не случится.

Плохо лишь то, что после перехода с галопа на рысь началась сильная тряска. Галопом конь отталкивался от земли сначала задними, затем передними ногами, совершая длинные прыжки. При этом всадник испытывает лишь плавные продольные покачивания.

На рыси конь переставляет свои ноги диагонально: сначала левой передней и правой задней, затем правой передней и левой задней. При этом поступательные диагональные толчки ног от земли передаются вверх и через седло очень неприятно действуют на всадника. В отличие от автомобильного сидения с пружинами и мягкими прокладками, седло имеет жесткий каркас и только войлочные прокладки, сверху все обтянуто кожей. Всаднику на таком жестком седле при сильной тряске усидеть трудно.

Усмирение жеребца

У человека внутренние органы – сердце, почки, печень, желудок и кишечник поддерживаются гибкими растяжками и кровеносными сосудами. От сильной тряски возникают невыносимые боли: кажется, сейчас все внутренности оторвутся…

Тряска неприятна и самому коню. Всадник на его спине представляет приличный груз: 70-80 кг, а иногда и больше. Этот груз при тряске часто подпрыгивает и бьет коня поперек его позвоночника. Кому такие удары понравятся?

Усмирение жеребца

Я знал, как можно избавиться от ужасной тряски. Надо, упираясь ногами в стремена, совершать в такт вибрациям небольшие движения вверх-вниз, вверх-вниз. Когда седло поднимается, надо самому приподняться, а когда оно опускается, надо вдогонку мягко присесть.

− И сколько же можно выдержать эти упражнения? Ноги у всадника быстро устанут…

Нет, не устанут. Седло само поднимает всадника, в этот момент надо только чуть-чуть помочь и приподняться, а когда седло опускается, надо расслабиться и опуститься. В таком режиме всадник, даже без специальной тренировки, может проехать 5 км. Такой способ езды называется «облегченной (строевой) рысью». При этом внутренние боли у всадника пропадают, только так и можно ехать на рыси.

Способ езды облегченной (строевой) рысью знает каждый казак, каждый кавалерист.

Видео «Как ехать облегченной (строевой) рысью»:


Езда строевой рысью полезна для здоровья всадника. Его бедра и седалище мягко массажируются, кровь в ногах и в седалище не застаивается, течет свободно. Через щель, которая периодически образуется над седлом, седалище всадника проветривается, не потеет от кожаного седла. А если в седалище нет опрелостей и пролежней, нет геморроя, то всадник здоров и годен к длительному походу. В противном случае он уже не годен, он инвалид…

Когда по телевидению показывают Лондонскую конную полицию, я замечаю, как полицейские умело едут строевой рысью. Иную картину наблюдаю, когда по телевидению показывают наших артистов – Михаила Боярского в роли Д’Артаньяна и его друзей-мушкетеров. Они рысью ездить не умеют, по фальшивому «Булонскому лесу» всегда едут только галопом. Получается эффектно и красиво, но от Парижа до Лондона за подвесками королевы галопом доехать невозможно: через четыре-пять километров все кони падут замертво.

И вот строевой рысью я уже проехал опять около километра. Теперь пора бы проверить, как конь в спокойной обстановке будет выполнять мои команды.

Читайте также:  Психосоматические болезни: 10 примеров

Я уверенно потянул за левый повод, и конь послушно повернул налево, свернул с дороги, побежал в степь. Через некоторое время также уверенно потянул за правый повод, и конь послушно повернул направо, снова вернулся на дорогу. Мне даже показалось, что конь с удовольствием выполняет мои команды.

Это уже была моя полная победа! В ответ на послушание коня я проникся к нему благодарностью, готов был заботиться о нем, ухаживать за ним.

Проехал еще немного по дороге и увидел впереди первые домики ближайшего кишлака. Но мне туда было не надо, я развернул коня, и он побежал в обратную сторону.

Тут я вспомнил – время-то обеденное, а я, еще не евши, разъезжаю по степи. Надо скорее в столовую!

Я тряхнул поводьями, поддал коню шенкелями, и конь поскакал галопом с большой скоростью. Быстро проехал около километра, затем перешел на рысь. Конь послушно выполнял все мои команды.

Впереди уже показался наш полевой стан, и я, чтобы покрасоваться на виду у зрителей, припустил коня сначала галопом, а затем перевел на строевую рысь.

Ермек все еще стоял на прежнем месте, ожидал меня. Я красиво подъехал к нему, остановил коня и спрыгнул на землю. Конь стоит спокойно, глубоко дышит после бега. В знак благодарности я погладил его по голове.

Усмирение жеребца

− Замечательный конь! Мы с ним уже подружились.

Ермек удивился:

− Вот это чудо! Как тебе удалось усмирить жеребца? Он же так тебя слушается, даже и не думает капризничать…

− Я же говорил тебе, что с ним надо обращаться по-хорошему.

− Я видел, как ты по-хорошему… Ты же с жеребцом обращался как с девушкой: гладил по голове, ласково шептал на ухо, гладил шею и грудь. Даже по заду похлопал. Я уже думал, что ты жеребца в губы целовать будешь!

− Жеребца − в губы? На такое я не решаюсь! В губы его целовать не надо, а все остальное ты видел. Сам поступай так же, и никогда больше не бей коня палкой по голове!Отдал коня Ермеку, сам поспешил в столовую.

Тут навстречу идет наш студенческий бригадир, старшекурсник.

− Ну, дорогой, напугал же ты меня! Я как увидел издалека, как ты сел на необъезженного коня и галопом помчался в степь, ну, думаю, сбросит он тебя, да покалечит, а мне за тебя отвечать придется. Если бы я оказался близко, ни за что бы тебе не разрешил. Уже думал, что после обеда придется с ребятами идти в степь, искать тебя по следам. Но скоро увидел, что ты уже едешь обратно, да так ловко и уверенно − как настоящий джигит!

−Нет, джигиты у нас на севере не водятся, климат для них неподходящий. А с конем мы сами управляемся не хуже джигитов.

− Ну, ладно, ладно! Все хорошо, что хорошо кончилось. Иди скорей, обедай, я поварам сказал, чтобы тебе оставили.

После обеда мне еще пришлось возвращаться к месту своей работы.

Автор истории А.Г. Ярусов

Усмирение жеребца

Источник

Оцените статью
YouTesla.ru
Добавить комментарий